Пишем мы ее вдвоем, потому что главных героев там два, и пов соответственно тоже, но бета у нас одна, и это я, потому что я -страдалец.
В общем, это еще домашний вариант, не совсем обработанный.
Называться оно будет скорее всего "Северные Сказки", потому что так хочет Его Величество Элрик Жрущий Семечки На Моем Диване.
Северные сказки.
Оридж.
Название: Северные Сказки.
Авторы: Tey-kun, Potter.
Бета: Potter (Кстати, Френд, а будь нашей бетой?)
Тип: Слеш
Жанр: Дарк, ангст, экшн.
Рейтинг: NC-17
Предупреждение: Бдсм и все такое, и вообще мы вас предупреждали, если что.
Все права принадлежат нам, муахаха.
Саммари: Много сказок и песен пережил наш мир. Некоторые забыли, некоторые записали, а некоторые запрятали в самые отдаленные уголки мира, дабы даже лучшие маги не смогли их найти, так ужасен тот свет, который проливают они на историю. Существует множество сказаний о судьбах: королей и шутов, рабов на галерах и их хозяев, истории о пажах и придворных, феях и эльфах, о высохших океанах и затопленных пустынях, о вымерших чудовищах и летающих пушистых кроликах... И среди бесчисленного количества сказок затерялась одна: о двух сторонах одной медали, о проданной душе и возрожденном теле, о причудливом сплетении судеб.
И мы поведаем ее вам.
Произошло это несчетное количество лун назад...
Глава 1
Было раннее морозное утро. Город сонно шевелился: люди, закутавшись в теплые вещи, нервно глядя на часы, спешили по своим делам, заходили в магазины и кофейни, ругались с извозчиком, торговались с продавцом дров, или просто мелко семенили по скользким улицам, не дожидаясь пока ленивые и вечно пьяные дворники посыпят дорожки песком, а самые счастливые еще безмятежно спали в своих постелях под теплыми пушистыми одеялами, даже не подозревая о кусачем холоде, который поджидал их за дверью. Так или иначе город Юрис встречал свое новое утро, а главный Инквизитор города Юрис блаженно наблюдал за этой картиной со своей деревянной трибуны расположенной на главной Площади. Он был крайне доволен собой, он прямо излучал самодовольство, глядя как удивленный народ постепенно сбивался в большое стадо, ожидая очередного "представления", которое им покажет Он.
-Скорей бы уже. - Нервно подумал Инквизитор, он был в радостном напряжении словно молодой человек предвкушающий свою первую брачную ночь с молодой невестой.
-Господин Добуцу? Может быть стоит уже начинать? - Прошелестел ему на ухо нежный женский голос.
-Нет, Альфа, их еще слишком мало...
-Мало? - Удивленно переспросила женщина. - Люди уже заняли все свободное пространство площади, господин Добуцу...
-Я сказал - нет. ИХ еще мало, а я хочу что бы сегодняшний улов бы не хуже.- Инквизитор довольно прищурился,оглядывая толпу. - Хотя, в принципе, можно начинать.
Лаэрт, чертыхаясь, пробирался по улице. Снег еще не начался, но, судя по тучам и чутью на погоду, должен был вскоре начаться. Скользкая дорога не добавляла радости, как и мрачное, серое утро, не предвещавшее ничего хорошего, как домишки вокруг и скользившие мимо люди - такие же серые и безликие как мир. Впрочем, во всем были виноваты эти идиоты, которые все - все! - заявились вчера на площадь, заявив, что "особенно для нас, Айме, недостойно бояться, и ты, как один из лидеров сопротивления, должен понимать это как никто другой. "Осторожность не помешает, да и что вы будете делать с честью клана, когда ваши шкуры обратятся в пепел" - сию разумную мысль Лаэрт как ни бился, а донести в их головы не смог. Речь была важна, он не спорил. Но они все еще не знали как работают камни, не знали успеют ли убежать, не знали ничего. Лаэрт пнул льдинку, поскользнулся и лишь кошачья ловкость помогла ему не упасть на грязный лед, под копыта и колеса проезжавшего мимо дилижанса. И, учитывая, что вчера ни один из ушедших на площадь не вернулся, а дурные предчувствия и кошмары терзали его всю ночь, то настроение радужным не было. Не было ничего необычного в факте мгновенного невозвращения в Убежище: дела, гости, вынюхивания, слежка - что угодно, но..."Но" Лаэрт старательно отбросил, предпочтя не думать об этом.
Ему было страшно.
Увидев знакомое лицо, точнее спину, шляпу и походку с пальто, Лаэрт в два счета догнал девушку, шедшую впереди, и взял ее под руку, и, улыбаясь ровными зубами, сообщил:
-Как же я рад Вас видеть, мисс Рейоунд! Какими судьбами? А не на площадь ли Вы направляетесь?
Рейоунд покраснела, побледнела и пошла пятнами - как она, впрочем, делала всегда, говоря с ним, что Лаэрт списывал на природную стеснительность мышей.
-На площадь. Сегодня там будет мой батюшка, мы должны были встретиться с ним еще двадцать минут назад, но я...- она потупила взгляд и продолжила, - у меня подгорел обед и я запоздала...
-Прелестно, Марта, совершенно очаровательно. - Лаэрт улыбнулся. - Я прошу Вас не ходить туда сегодня.
-Но...
-Я извинюсь перед Вашим батюшкой, несомненно. Видите ли, Вы мне просто необходимы. Вы же отлично перевязываете раны, и вообще, разбираетесь во всем этом..Я прошу Вас сходить к Северному дубу, там Вас будут ждать, и там расскажут подробности. - Лаэрт врал, но его это не смущало нисколько, во-первых, ему казалось, что это было во благо, во-вторых, у Северного дуба всегда кто-то был, так что об обмане она и не узнает, а, в-третьих, он врал довольно часто и моральных страданий ему это не причиняло. Его вообще мало что заставляло мучиться совестью - либо та спала мертвецким сном, либо давно его бросила - Лаэрт не знал, но его не очень-то это волновало и, посмотрев вслед удалявшейся фигуре в шляпе, он тут же забыл о ней, бросившись бегом к площади.
Он опаздывал.
На площади уже толпился народ и, мешаясь с толпой, Лаэрт находил взглядом знакомых, с ужасом обнаруживая, что здесь их много больше, чем он смел думать, намного больше. Холод пробирал до костей даже в толпе, среди дышащих, кутающихся в свои одежды людей и не только людей и Лаэрт, ни с кем за редким исключением не здороваясь, дабы не обращать на себя внимание, устроился сбоку - здесь, как он рассудил, была возможность успеть выбраться, было видно трибуну и знакомых, стоявших прямо перед ней.
Он закусил губу - его заметил Дрийк, дражайший знакомый его дяди, и пробирался к нему.
-Ты все же пришел, Лаэрт! Был вчера? Был в прошлый раз? - Обеспокоенно заговорил Урсус, которому, при его мощном виде и грузной фигуре, так не шел этот быстрый, торопливый тон. - Я, вот, был, ваших видел...А тебя чего не было то? Они злились, кажись..
По спине пробежал холодок, комок нервов в желудке шевельнулся, раздражение поднялось к горлу.
Потому что я умнее, потому что я трус, потому что мне было плохо, потому что я верю своей интуиции, потому что они не имеют права на меня злиться, потому что...-Лаэрт промолчал, проглотив комок раздражения и и слов и, сдержав лицо, только поморщился, осведомился о здравии дорогой жены милейшего Дрийка, и пошел вперед. Лаэрт двигался, кипя от раздражения и страха - всегда умевший развеселить его Дрийк сейчас был бессилен и, напротив, усиливал нерадостный настрой. Встав сзади и чуть в стороне от всех - привлекать внимания он все же не жаждал, он кинул взор на трибуну.0
Инквизитор был там - в дурацкой, по мнению пантеры, шляпе и щегольских штанах, он беседовал со своим телохранителем, видно отдавая последние распоряжения. Лицо его и фигура излучала уверенность в победе и гордость собой - Лаэрт хорошо знал эту уверенность и гордость, он чувствовал ее довольно часто, но сейчас этот чужой восторг, сочащийся с трибуны как яд, не сулил ему ничего хорошего.
Толпа вокруг него излучала ненависть, такую, что, казалось, инквизитора должно испепелить на месте, однако, почему-то не испепеляло. Кинув еще раз оценивающий врага взгляд и излучив ненависть, Лаэрт с тоской посмотрел на дерево слева, метрах в ста от него.
-Не успею добежать. - С грустью подумал Лаэрт, расправив плечи и прикинув расстояние. - И оттуда не успею, кажется...Черт.
Толпа шевелилась, оживленно переговаривались люди, предвкушая веселья, пытались так же оживленно переговариваться оборотни, предвкушающие смерть, а Лаэрт ненавидел - глупых, низких, отвратительных, бессердечных, пугливых тварей - людей, и худшую из них тварь, стоящую на трибуне.
Умирать не хотелось и, поймав языком снежинку, Лаэрт поднял голову к небу.
Шел снег.
Инквизитор в последний раз оглядел толпу..."Они тут" - пронеслось в голове.
Он обернулся к и небрежно бросил:
-Вывешивайте.
Раздался оглушительный звон свистка и небольшая группа военных начала выкатывать на площадь что-то огромное, пахнущее соленой волчьей кровью.
Толпа нервно зашевелилась, затем испуганно отпрянула, но интерес пересилил и они замерли, в ожидании слов инквизитора. Последний, улыбнувшись моменту, громко откашлялся и начал речь.
-Дорогие мои жители города Юрис! Спешу вас обрадовать.-Он сделал паузу. - Сегодня ночью мои отряды перерезали стаю оборотней, что сто лет терроризировала ваши семьи, крали детей и насиловали женщин... - Душа его ликовала, наконец таки! - С этого дня, Мы, правительство альянса Северных городов... Объявляем охоту! С этого дня каждый оборотень, не относящийся к Волчьей стае должен будет получить Жетон на проживание в городе. Иначе Это... Случится с каждым из вас! -Он резко выбросил руку в сторону большого деревянного стенда. На нем висели шкуры. Огромные, свеже снятые шкуры гигантских пантер. Клан Айме. Сегодня ночью этот великий клан кошачьих был вырезан. Слипшиеся, смерзшиеся, дурно пахнущие куски мертвой ткани служили лучшим доказательством того.Это грело чувства Инквизтора - он ненавидел оборотней как никто другой, а особенно кошачьих. За то, что они просто множество лет назад появились на свет.
Много сотен лет назад люди впервые узнали, кто такие "Оборотни". Когда стая Бешеных волков, древнейший род Волчьей Стаи, пришла в города с Севера. Откуда они появились на земле, были ли чьим-то злым умыслом или же ошибкой затейливой природы, никто не знал, но Волки стирали все что попадалось им на пути. Ни одна армия не могла их остановить, ни одна Эльфийская стрела не могла пробить их белые шкуры, ни один гномий топор не мог срубить их черной головы, и ни один маг не мог сжечь их души свое силой. И шли они подобно Чуме по городам, пожирая всех без разбора и множась с ужасающей скоростью. И тогда собрался Совет самых величайших магов и было решено, что "зверя победит только зверь." И сила живущих на земле Магов обратила самых смелых в зверей. И были среди них и совы, и величественные горные орлы, и маленькие, но опасные крысы, были тигры и львы, были легкие тонкие олени, способные своими рогами снести крепость, были все, кроме волков и собак. Собрав свои силы, они бросили вызов свирепой стае. И зло было побеждено, шкуры их были сожжены адским пламенем, а тела скормлены морским чудовищам. Сила зверя была больше не нужна, но маги от нее не могли отказаться, хоть и пришлось выбирать, что именно оставить.. Мудрость стихий не могла сосуществовать со звериным обличием. И вот тогда и появились Оборотни. Маги, принявшие на себя звериную ношу. Они селились в городах и рожали детей.
В скором времени появились основные направления силы Оборотней : Ильос - ловкие и хитрые лисы, Стрикс - духи ночи - совы, Раттас - маленькие пронырливые крысы, Эквин - гордые и заносчивые кони, Вектас - твари, живущие в воде, Сэурус - рыжие бестии белки, только женщины, и потому множество мужчин считали честью иметь в женах именно строптивую Сэурус. Были великаны медведи Урсус, и были Айме. Пантеры. Кошачьи. Коих Инквизитор ненавидел больше всех остальных. И он знал, что сегодня умрет последний из 21 ныне существующих в их окрестностях Айме.
Сегодняшний день был лишь показательным выступлением, лишь началом сложной игры, которую начал Он, Нагиса. Кстати, существовал еще один клан. Волки. Нет, не те настоящие волки, а полу-псы, потерявшие гордость и честь. Они были крайне глупы и любили отведать человечинки, за что люди и боялись именно их, а они были такими же Оборотнями, как и другие... И вот за это люди боялись всех, кто мог одеть звериную шкуру. А целью Нагисы, на данный момент, была стравить Волков и Оборотней, чтоб они уничтожили сами себя, от того, что армия и простые жители начали уничтожать всех Оборотней, хотя опасность представляла только серая падаль.
Вдобавок ко всему, шкуры Айме были сбрызнуты волчьей кровью.Хорошее блюдо всегда подается ароматно приправленным.
Этого не могло быть. Этого не было. - Лаэрт широко распахнутыми глазами смотрел на трибуну, уже не слушая говорящего, он видел только шкуры, грубо разделанные, со свалявшейся шерстью, запекшиеся в крови. Он убил даже их запах, их родной, знакомый с детства запах, и отсюда не понять даже было сколько их там, все ли там, кто именно там. Его клан, его семья, его друзья и родные, теперь просто кучка слипшейся шерсти, пахнущей волком - и виноват в этом тот, в шляпе.