но жалок тот, кто смерти ждет, не смея умереть!©
Итак, мы приехали из Калище.
Мама - пуся, Элрика не ела и не съела, смородину мы собрали, грибы поели, Френда на солнце сожгли, на велосипедах поездили, чай попили, пиво тоже, Лору развлекли и поедем туда еще на след неделе.
Мама не пуся тем, что приезжала в город и убрала мне комнату. Точнее, убрала за кроватью и под ней. Вообще - ее психика и сама виновата, но чуток стыдно-стремно, но, в общем-то, она все знает и так. Сигареты и виды табака на столе, декоративненький пистолет и блейзер там же, под подушкой мне аккуратно сложили девайсы, рядом с подушкой белье - мое и не очень мое. Теперь мне надо диван раскладывать, а стол разбирать, а у меня две коктейльных полторашки за столом и лень.

Мы играли в желания, и в не очень белые ночи забавно ходить за смородиной. И к пруду.

-Девочки, никакой отдачи! Мужикам надо что? Две вещи!
-Пожрать?
-Нажраться!
*Долгий взгляд Элрика на меня*
-И еще?
-М..ну.ээ...ну ясно.
-Вот именно!
*еще более долгий взгляд Элрика*

Я нашел лорино дайри, а еще она хочет собаку. А я не представляю как мы будем жить в одной квартире после лета. В течении недели - пуси. Но дольше недели у меня начинается "мамИн", как выражается Элр и я становлюсь припадочным и нервным.
Завтра зачисление и это не так уж плохо, литературу, я в конце концов, люблю, а по специальности работать не буду.
Она отмыла ванну до белизны. Я не видел мою ванну такой никогда в жизни.

Элрик говорит, что Дон Кихот - "бесявый социотип", а я сейчас слушаю "белую гвардию", "флер" и думаю, что ничего. Ничего. В самом хорошем смысле этого слова. Мы смотрели "Две звезды", а с утра я каждый день перекладывался на отдельную кровать и, мне кажется, еще чуть-чуть терпения и можно жить, я читаю Устинову и выкинул тухлую котлету в окно.
Когда я куда-нибудь еду, я всегда откуда-нибудь уезжаю, и всегда так тоскливо, очень тоскливо.

Скоро осень, и теперь, мне кажется, я знаю, куда осень ведет и какой ступенькой будет. То есть, конечно, не знаю, но переломной.
Элрик думает, что я себя не люблю, но я себя люблю. Просто по своему.
Не вижу смысла любить себя сильно, то мне скучно. От меня мне отдачи-то нет. Мама стебется над моими бровями и мне надо их дорисовать, а в Калище ночи холодные и звездные, Элрик потерял кольцо и боится монстров, мне надо в пв и в стихи, и осенью люди тоже живут.

А я сегодня купался, а шел дождь, а Элрик качался на качелях, а такая вода - самая лучшая, в ней чувствуешь невесомость. Надо худеть и помыться, постричься и купить джинсы, мне снятся сны, Лоре жалко жуков и она не бьет их, "один из нас родился советским Ротшильдом, все остальные хотят умереть поэтами", в квартире темно, я не знаю, что я хочу сказать, но оно рядом.
И мне кажется, я не устану.
Все хорошо всегда, просто зависит от восприятия.
Элрик считает, что у меня комплексы. А я их давлю и, уж конечно, выдавлю или вдавлю. Внутрь.

В калище лес и перонный контроль, и коты, и ежи, и подосиновики.

Теперь скоро пвээээээээээээээээээээээээээээээ.:jump3:

@темы: это апельсиновый день, кто знает, что будет потом(с), Эта музыка будет вечной(с), Калище, любимое и родное