Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: Цитаты (список заголовков)
17:35 

но жалок тот, кто смерти ждет, не смея умереть!©
03:32 

но жалок тот, кто смерти ждет, не смея умереть!©
«Как молодой Лаэрт с толпой мятежной
Сметает стражу. Чернь идет за ним;
И, словно мир впервые начался,
Забыта древность и обычай презрев -
Опора и скрепленье всех речей, -
Они кричат: "Лаэрт король! Он избран!"
Взлетают шапки, руки, языки:
"Лаэрт, будь королем, Лаэрт король!"»

« Моя лишь воля; целый мир не сможет;
А что до средств, то ими я управлюсь,
И с малым далеко зайду.»



:inlove::inlove::inlove:

@темы: цитаты

00:51 

но жалок тот, кто смерти ждет, не смея умереть!©
«Медленно, но верно научился терять штаны на публике без всякого стеснения. Только так в человеке и воспитывается благожелательность. Я уже давно не боюсь казаться смешным; сегодня я знаю, что человека осмеять невозможно.
...
Я по-прежнему люблю рахат-лукум. Но мать всегда хотела видеть во мне лорда Байрона, Гарибальди, Д'Аннунцио, д'Артаньяна, Робин Гуда и Ричарда Львиное Сердце одновременно, и поэтому мне приходится следить за своей фигурой.
...
Я начинал все сначала. Но мне так никогда и не удалось поймать последний мяч. Никогда, никогда я не мог его поймать. Я пытался всю жизнь. Только на подступах к сорокалетию, после долгих странствий в мире чудес, мне понемногу открылась правда и я понял, что последний мяч не существует.Это печальная истина, и не следует говорить об этом детям. Поэтому мою книгу нельзя давать кому попало.
Вот почему сейчас я уже не удивляюсь тому, что однажды Паганини бросил свою скрипку и долгие годы не притрагивался к ней, лежа с отсутствующим взглядом. Меня это не удивляет, он знал.
...
Однако пришло время сказать всю правду о сделке Фауста. Все нагло лгали по этому поводу, и больше всего и гениальнее всех — сам Гёте, чтобы, затуманив суть дела, скрыть жестокую правду. Скорее всего не нужно этого говорить, так как если я и не люблю чего-то делать, так это лишать людей надежды. И все же истинная трагедия Фауста заключается не в том, что он продал душу дьяволу. Настоящая трагедия в том, что нет никакого дьявола, чтобы купить вашу душу. Просто нет покупателя. Никто не поможет вам поймать последний мяч, какую бы цену вы за это ни предлагали.
...
Я часто покупаю себе фунт огурцов, устраиваюсь где-нибудь на солнышке, на берегу моря или прямо на тротуаре или скамейке, откусываю огурец и бываю счастлив. Я продолжаю сидеть на солнышке с умиротворенным сердцем, дружелюбно поглядывая на предметы и людей и понимая, что жизнь действительно стоит того, чтобы жить, что счастье существует, стоит только найти свое истинное призвание и с полным самопожертвованием посвятить себя человеку, которого любишь.
...
Одно только было досадно: моя кожаная куртка осталась в лагере, а без нее мне было очень одиноко. Я тяжело переношу одиночество и тесно сжился со своей кожаной курткой. Как я уже говорил, я легко привязываюсь. Это единственное, что омрачало картину.
...
Я давно уже перестал быть жертвой своего энтузиазма, и если я все еще мечтаю превратить мир в счастливый сад, то теперь-то я знаю, что это из любви не столько к людям, сколько к садам.»

@темы: Сказочка для Элрика, цитаты

17:21 

но жалок тот, кто смерти ждет, не смея умереть!©
20.05.2011 в 16:03
Пишет Mort:

20.05.2011 в 14:52
Пишет Бесх:

мне будет плохо очень плохо
как не бывало никогда
потом опять перерожденье
и всё и можно снова пить


URL записи

URL записи

@темы: цитаты

01:29 

но жалок тот, кто смерти ждет, не смея умереть!©
« Ты так думаешь? - Она вдруг как-то странно на меня посмотрела. - Это ничего не меняет, Роберт. Я тебя действительно обманывала.
- Это ничего не меняет, Наташа, - ответил я. - И все же я боюсь, что люблю тебя. И одно никак не связано с другим. Это как ветер и вода, они движут друг друга, но каждый остается самим собой.

- Вино выпито, - заметил я. - А мы совсем забыли пожертвовать последнюю каплю богам. Может быть, поэтому мы и настроились на излишне меланхолический лад. Как насчет мороженого? Вы ведь так его любите!
Он покачал головой.
- Все обман, Роберт. Иллюзия легкой жизни. Самообман. Я отказался разыгрывать веселость перед самим собой.

Я привык носить такие пакетики в карманах, когда мы шли куда-нибудь, где несколько часов подряд нельзя было поесть, - особенно когда мы отправлялись в кино или в театр. Это избавляло меня от многих неудобств, так как Наташа очень сердилась, когда ее начинал мучить неудержимый приступ голода, а поблизости нельзя было достать ни кусочка хлеба. Она ничего не могла с собой поделать. Это походило на своего рода физиологическое помешательство. Дело в том, что она ощущала голод значительно острее и резче, чем другие люди, будто целый день до этого постилась. Как правило, в кармане пиджака я носил маленькую бутылочку, в которую входило лишь два глотка водки. Если к этому прибавить бифштекс по-татарски, получалось поистине царское лакомство, хотя водка, естественно, не была холодной. Урок такой запасливости когда-то преподал мне человек, от которого я получил паспорт. "Телесный комфорт куда важнее душевных порывов, - сказал он мне. - Стоит лишь чуть-чуть побеспокоиться, и человек уже счастлив".

- Прекрасно, - поспешил сказать я, чтобы, как часто бывало в таких случаях, не заслужить упрека в мещанстве. - Теперь я знаю, куда мы пойдем. Будем ужинать в "Павильоне".

- Стой! - крикнул я. - Я передумал и прошу меня извинить, Наташа. То, что тебе доставляет удовольствие, важнее, чем мораль, пропитанная едкой кислотой ревности. Поехали!

- Потому-то я много и говорю, что нисколько не разбираюсь в женщинах, - сказал я. - Но я счастлив с тобой. Не исключено, что я что-то скрываю, и вполне возможно, что из всего этого убожества, которого, правда, нельзя избежать и которое отдается в моей душе лишь призрачным эхом, я хотел бы сохранить для себя кусочек счастья, только для себя. Ведь я ничего ни у кого не беру, ни в кого не стреляю и никого не обкрадываю, не так ли, Наташа? Тем не менее мои чувства не имеют ничего общего с окружающим, ибо они не вытекают из окружающего, а существуют сами по себе, подобно тому как драгоценные камни в твоих ушах уже утратили всякую связь с недрами земли, их породившими. Я счастлив с тобой, и вот тебе долгое объяснение простой мысли: ты должна мне простить это, ибо я ведь журналист в прошлом и слова для меня до сих пор много значат. Мне даже платили за это. Такое не скоро забывается.

На душе у меня становилось все радостнее. Вполне вероятно, что при этом где-то на дне души оставалось и отчаяние, но, если сказать по правде, когда его не было?»

ооо, Кан*___* а я даже поготовился! я горд собою и иду сптаь)

@темы: цитаты

13:27 

Лорка. Об искусстве.

но жалок тот, кто смерти ждет, не смея умереть!©
«Такова моя нынешняя точка зрения на поэзию... Неизвестно, что я буду думать завтра. Как настоящий поэт - а я настоящий поэт и буду им до самой смерти, - я не перестану восставать против всяких правил, потому что жду потока крови, зеленой или янтарной, который обязательно хлынет когда-нибудь из моих вен.

Прежде чем идти дальше, я должен сказать, что не собираюсь разрешить все вопросы, которых коснусь. Я нахожусь в плоскости поэзии, где "да" и "нет" одинаково истинны. Если вы меня спросите, была ли лунная ночь сто лет назад такой же, как десять дней назад, я смогу доказать одинаковым образом и с одинаковым образом и с одинаковым впечатлением бесспорной истинности (и не я один, а любой поэт, владеющий своей техникой), что она была точно такой же и что она была иной. Я намеренно избегаю всего, что от эрудиции, которая утомляет слушателей, когда она не блестяща, и, наоборот, стремлюсь подчеркнуть эмоциональную сторону дела, потому что вам ведь интереснее узнать, что мелодия распускается легким дуновением, навевающим сон, и что песня может развернуть перед глазами разбойника несложный пейзаж, чем узнать, что эта мелодия возникла в 17 веке или что она написана на три четверти.

..И поставить на нашей плоти суровую печать с иберийским девизом: "Ты одинок и одиноким останешься."

Для меня нет ничего проще, чем довообразить остальное, но это было бы элементарным поэтическим обманом, который ничего общего не имеет с поэтическим творчеством, а я никого не хочу обманывать.

Интересно, что в описание малых форм и предметов он вкладывает такую же любовь и поэтическую силу. Для него жизнь яблока столь же насыщенна, как жизнь моря, а какая-нибудь пчела- явление не менее удивительное, чем лес, например.
..Поэтому для него яблоко равнозначно морю - ведь он знает, что мир яблока так же безмерен, как мир моря.

Словами никто не выскажет бушующей страсти так, как это сделал Бетховен в "Апассионате", и никогда не увидеть нам души женщин, о которых рассказал Шопен в своих ноктюрнах.

Между добром и злом разница лишь в том, как на них смотришь, ведь никто, абсолютно никто не владеет божественным даром знать и понимать состояния души.
..Нет ничего более бесплодного и пустого, чем суждение педанта из тех, что смотрят, была ли в речи вступительная часть.
..Бывают чувства настолько грандиозные, что разрушают установившиеся нормы, и если это делается с любовью, с огнем и страстью, если в результате получает выражение новая, небывалая мысль, должно возникнуть нечто прекрасное, и если мы чувствуем его во всей глубине страдания, то вынуждены признать совершенство выражения и тем самым высший артистизм.

Остаются стихи, которые продолжают мое тело; я остаюсь хозяином книги. плохой поэт..пусть! Зато хозяин своей плохой поэзии.

..среди буколической природы, целыми днями ем восхитительные фрукты, пою, качаясь на качелях со своими братьями и сестрами, и делаю столько глупостей, что иногда мне становится стыдно за свой возраст.

Истина - это живое, а нас хотят наполнить мертвечиной и опилками. Глупость, если она жива - истина, теорема, если она мертва, - ложь. Впустите ветер! Тебя не пугает идея моря, в котором все рыбы, не сознавая этого, были бы привязаны цепочкой к одной точке? Я не оспариваю догмы. Но я не хочу видеть точки, до которой "эта догма" доводит.

...Не теряй бодрости! быть радостным - необходимость, долг. Это говорю тебе я, который сейчас в самой печальной и неприятной полосе в своей жизни.

Ты мучишься и напрасно. Очерти плоскость своего желания и живи в ней, всегда по одной и той же норме красоты. Я так делаю, дорогой друг..И как мне трудно! Но я не отступаю. Я немножко против всех, но меня утешает во всех огорчениях живая красота, которая бьется у меня в руках. И в самой тягостной внутренней борьбе и замученный любовью, обществом, безобразиями, я храню и соблюдаю свою норму бодрости любой ценой. Я не хочу, чтобы они меня победили. Ты не должен дать себя победить. Я очень хорошо знаю, что с тобой происходит.

Это у тебя есть и никогда не отнимется, и даже в письме, когда ты возмущаешься, среди всех грубостей (которые мне нравятся) у тебя просвечивает нежность твоего светлого и истерзанного сердца.

Плохая память у меня только на одно: на мелочи. Кто хочет мне досадить, попусту теряет время, потому что такие вещи я тут же забываю. Здоровый смех в ответ на все.
..И тогда тоже. И тогда я смеялся, как теперь. Лучше сказать, теперь я смеюсь, как и прежде, как в детстве - это мой детский, деревенский смех, который я сберегу навсегда, навсегда,до самой смерти.»

@темы: Эта музыка будет вечной(с), цитаты

17:25 

но жалок тот, кто смерти ждет, не смея умереть!©
«Постой, к летейским водам не ходи,
От белладонны отведи ладонь,
Гадюк, уснувших в чаще, не буди
И Прозерпины горьких трав не тронь.
Не надо четок тисовых, ни той
Ночной Психеи, «мертвой головы»,
Чтобы печали совершить обряд,
Ни пугала пушистого совы —
Они затопят разум темнотой
И сердце страждущее усыпят.

Но если Меланхолии порыв
Вдруг налетит, как буря с высоты,
Холмы апрельским саваном укрыв,
Клоня к земле намокшие цветы, —
Пусть пышный шар пиона напоит
Печаль твою, — иль неба бирюза,
Или на волнах — радуги узор;
А если госпожа твоя вспылит,
Сожми ей руку, загляни в глаза,
Не отрываясь, выпей дивный взор.

В нем Красоты недолговечный взлет,
И беглой Радости прощальный взмах,
И жалящих Услад блаженный мед,
В яд обращающийся на устах.
О, даже в храме Наслажденья скрыт
Всевластной Меланхолии алтарь,
И всяк, чье нёбо жаждет редких нег,
Поймет, вкусив, что эта гроздь горчит,
Что счастье — ненадежный государь, —
И душу скорби передаст навек. »

@темы: цитаты

14:11 

но жалок тот, кто смерти ждет, не смея умереть!©
"В некотором смысле (не поддающемся определению наставников, к немалой их досаде) Виктор Тугельбенд был ленивейшим человеком за всю историю мироздания.
Не в обыденно-будничном смысле. Обыкновенная лень — это простое отсутствие усилий. Это Виктор давным-давно прошел, после чего быстренько одолел заурядную праздность и сейчас стремительным шагом продвигался все дальше и дальше. На уклонение от работы он тратил куда больше усилий, чем иные люди вкладывают в самый упорный труд.
Ему никогда не хотелось быть волшебником. Виктору вообще ничего не хотелось — лишь бы его оставили в покое и не будили раньше полудня. Когда он был маленьким, взрослые задавали ему обычные вопросы: «А ты кем хочешь стать, малыш? Что выберешь?» «Не знаю, — отвечал он. — А что у вас есть?»
Но долго так продолжаться не может — никто вам этого не позволит. Быть тем, кто ты есть, — мало; надо еще упорно трудиться, чтобы стать кем-нибудь еще.
И Виктор пытался. Довольно долго он пытался захотеть стать кузнецом: эта профессия казалась ему крайне интересной и романтичной. Но она предполагала тяжелый труд, возню с неподатливыми кусками металла. Потом он решил захотеть стать наемным убийцей, что представлялось необычайно лихим и романтичным занятием. Но оно также требовало приложения усилий, а главное, периодически надо было кого-нибудь убивать. Потом он попробовал захотеть стать актером — это казалось и драматичным, и романтичным одновременно, но подразумевало пыльные трико, тесные времянки и все тот же, к вящему его изумлению, тяжелый труд…
И в Университет Виктор отправился только потому, что легче было туда поехать, чем не поехать.
...

— А ты, разве не хотел кем-нибудь стать? — спросила Джинджер, вложив весь пренебрежительный смысл вопроса в одно коротенькое местоимение.
— В общем-то, не хотел, — ответил Виктор. — Каждая работа выглядит интересной — пока ей не займешься. В конечном итоге работа всегда останется работой. Пари держу, что даже такие личности, как Коэн-Варвар, вставая по утрам, думают: «Ох, только не это, опять целый день топтать подошвами сандалий эти скучные золотые престолы!»
...
— У парня сейчас любовь, — объяснил Гаспод. — Это штука заковыристая.
— Я знаю, что такое любовь, — сочувственно промолвил кот. — Это когда в тебя старыми башмаками швыряют и холодной водой с балконов обливают.
— Старыми башмаками? — хихикнула Мышь.
— Лично со мной, когда я влюблялся, обращались именно так, — хмуро проговорил кот.
— У людей все иначе, — туманно заметил Гаспод. — Башмаками никто не швыряет и водой не поливает. Но в ход идут цветы, а потом всякая грызня, брань… Ну и так далее.
Животные обменялись безрадостными взорами.
— Я наблюдала за ними немного, — вмешалась Писк. — Она считает его полным придурком.
— Это часть особого ритуала, — подтвердил Гаспод. — Роман называется."

@темы: цитаты

18:38 

цитатки

но жалок тот, кто смерти ждет, не смея умереть!©
17:50 

но жалок тот, кто смерти ждет, не смея умереть!©
« - Сейчас, минутку, одну минутку. А с ч_е_г_о это у тебя нервный срыв, кстати сказать? То есть если уж ты изо всех сил старалась выйти из строя, то почему бы тебе не употребить всю эту энергию на то, чтобы остаться здоровой и веселой? »

« "Он не знает, - думал Бэйб, лежа в темноте. - Он не знает, что Фрэнсис делает со мной, что она всегда со мной делала. Я чужим людям про нее рассказывал, в поезде, по дороге домой. Я рассказал о ней незнакомому солдату, и я это делал всегда, и чем безнадежнее становится моя любовь, тем чаще я вытаскиваю на свет свое бессловесное сердце, как дурацкий рентгеновский снимок, и всему свету показываю свои шрамы: "Вот смотри, вот это - когда мне было семнадцать, и я одолжил "форд" у Джо Маккея и увез ее на озеро Вомо на целый день. А вот здесь, вот тут, когда она сказала то, что она сказала про больших слонов и маленьких слоников. А здесь, повыше, это когда я дал ей обыграть Банни Хаггерти в карты, в Рай-Бич, у нее в бубновой
взятке была червонная карта, и она это знала. А здесь, о, здесь - это когда она закричала: "Бэйб!", увидев, как я выбросил туза в игре с Бобби Тимерсом, мне пришлось выбросить туза, чтобы услышать это, но, когда я это услышал, мое сердце - вот оно, у вас перед глазами, - мое сердце перевернулось, и уже никогда оно не станет прежним. А вот тут рубец, страшный рубец. Мне был двадцать один год, когда я увидел ее в закусочной вдвоем с Уэдделом - они сидели сплетя руки, и она поглаживала его костяшки своими пальчиками.
Он не знает, что Фрэнсис делает со мной, - думал Бэйб, - она делает меня несчастным, мучает меня, не понимает меня, почти всегда, но иногда - иногда! - она - самая чудесная девушка на свете, а с другими так никогда не бывает."»

запись создана: 26.11.2012 в 18:36

@темы: цитаты

00:09 

но жалок тот, кто смерти ждет, не смея умереть!©
«- Не хочу я удобств. Я хочу Бога, поэзии, настоящей опасности, хочу свободы, и добра, и греха.
- Иначе говоря, вы требуете права быть несчастным, - сказал Мустафа.
- Пусть так, - с вызовом ответил Дикарь. - Да, я требую.
- Прибавьте уж к этому право на старость, уродство, бессилие; право на сифилис и рак; право на недоедание; право на вшивость и тиф; право жить в вечном страхе перед завтрашним днем; право мучиться всевозможными лютыми болями.
Длинная пауза.
- Да, это все мои права, и я их требую.
- Что ж, пожалуйста, осуществляйте эти ваши права, - сказал Мустафа Монд, пожимая плечами.»

@темы: цитаты

19:34 

но жалок тот, кто смерти ждет, не смея умереть!©
11:25 

но жалок тот, кто смерти ждет, не смея умереть!©
23:41 

но жалок тот, кто смерти ждет, не смея умереть!©
23.09.2012 в 20:27
Пишет Джек-с-Фонарём:

химеры-хранители
вместо всех фанфиков мира,
с благодарностью за всё.


в двадцать не жизнь, а сплошные схемы: куча намёток и чертежей. вот ты плетешься домой со смены - вырастешь в Джеймса, пока что Джей. куртка, наушник с плохим контактом, рваные кеды, огонь в глазах - осень на два отбивает такты и залезает к тебе в рюкзак. кончилось лето - волшебный бисер, туго сплети, сбереги навек, память ступает проворной рысью, ждёт темноты в городской траве. вроде не то чтобы зол и загнан — нервые стальные, пока щадят...

но накрывает всегда внезапно — бомбой на скверах и площадях.

мы научились различным трюкам - так, что не снилось и циркачам. стерпим уход и врага и друга, небо попрём на своих плечах. если ты сильный, пока ты молод - что тебе горе и нищета?
только когда настигает холод - Бог упаси не иметь щита. это в кино всё легко и колко - помощь друзей, волшебство, гроза... здесь на окне ледяная корка, и у метели твои глаза. если бесцветно, темно и страшно, выход не виден и за версту...

...те, кто однажды вступил на стражу, будут стоять на своем посту.

***
старый трамвай тормозит со стоном, ярко искрятся во тьме рога. сумку хватай и беги из дома, кто будет вправе тебя ругать? мысли по ветру - легко и быстро, будто вовек не прибавят лет... значит, шли к чёрту своих Магистров, быстро садись и бери билет. небо - чужое, свои кумиры, кружит волшебной каймою стих... даже пусть где-то ты центр Мира - сможет ли это тебя спасти? в Ехо дела не бывают плохи, беды - нестрашные мотыльки. вот мне пятнадцать, и я в лоохи - кто еще помнит меня таким? гибель моя обитает в птице, жизнь обращается к нам на "вы" - эй, а не хочешь ли прокатиться вниз по мерцающим мостовым? орден за Орден, и брат за брата, только звенит в глубине струна - мысль о том, что пора обратно - и есть твоя Тёмная Сторона. мантию снять, и стянуть корону, скабой завесить дверной глазок; бросить монетку на дно Хурона, чтобы приснился еще разок.
в мире другом зацветает вереск, как не тасуй - наверху валет. где бы ты ни был, я здесь надеюсь, что ты умеешь вставать на след.

поезд летит, заедают дверцы, в Лондоне холодно в ноябре. если еще не разбито сердце, так ли уж важно, кто здесь храбрей? гул заголовков — "волна террора", "происки Лорда", "борьба за трон"...только какая судьба, авроры, если семнадцать, и ты влюблен? хитрость, мозги, доброта, отвага, страшно ли, мальчик? ничуть, ничуть...можно не быть с гриффиндорским флагом, чтобы сражаться плечом к плечу. старая песня, тебе не знать ли: дружба - и воин, и проводник; самого сильного из заклятий нет ни в одной из запретных книг. палочка, клетка, за плечи лямка, чуточку пороха брось в камин - глупо всю жизнь ждать письма из замка, нужно садиться писать самим. здесь не заклятья - скорей патроны, маггловский кодекс, извечный рок... где-то вдали стережёт Патронус зыбкие грани твоих миров. старые сны накрывают шалью, чьи-то глаза сберегут от пуль — я замышляю одну лишь шалость, карта, скорей, укажи мне путь.

раз уж пришёл - никуда не деться, строчки на стенах укажут путь. волчья тропа охраняет детство - значит, мы справимся как-нибудь. струйка из крана - заместо речки, зубы порою острей меча; ночь старых Сказок продлится вечно - или пока не решишь смолчать. кто выделяется - тот опасен, лучше не знать ни о чём лихом... но почему в надоевшем классе пахнет корою и влажным мхом? но почему всё сильнее знаки, руки - прозрачнее и светлей? странные песни поёт Табаки, древние травы бурлят в котле, пальцы Седого скользят небрежно, вяжет холщовый мешок тесьма... если сумеешь найти надежду, то соберёшь её в талисман. но почему всё сильнее знаки, ветер за окнами сер и тих; все коридоры ведут к Изнанке - хватит ли духа туда пойти? пусть нелегко и пусты пороги, истина, вообщем, совсем проста - здесь ты становишься тем в итоге, кем ты нашёл в себе силы стать.
строчки из книги - тоска, потеха, пусть тебе скажут, мол, что на том?...
Дом никогда не бросает тех, кто взял, и однажды поверил в Дом.

***
знаю, ты скажешь - «всего лишь книги», я не дурак, отдаю отчет. будут любимых родные лики, будет опорой в беде плечо. будет несметная сотня плюсов, что в своё время пришлёт судьба; полную цену своих иллюзий я отложил в кладовые лба. знаю, что скоро добью все цели, смело решится любой вопрос...

ну а пока - кружит домик Элли, трубку в дыму набивает Холмс. чай наливает, смеясь, Алиса, Хаку летит - за верстой верста, тихо шагают за дудкой крысы, робко подходит к звезде Тристан, Мортимер вслух оживляет строчки - эй, Сажерук, вот и твой черед!... Бильбо сбегает от эльфов в бочке, Герда бежит через колкий лёд. в детстве бежать при любой погоде с книжкой во двор - и пойди найди...
вот вспоминаешь, и так выходит - ты никогда не бывал один.


путь до окраин довольно долог; Джей задремал, опустив лицо.
войско выходит из книжных полок и окружает его кольцом.

URL записи

Я очень стих люблю этот, перечитал ща и перепащиваю снова **


@темы: цитаты

07:00 

но жалок тот, кто смерти ждет, не смея умереть!©
«..все для них складывается даже лучше, чем он мог надеяться, и, прежде чем он успел себя остановить, он подумал: "Может быть, мы и сможем, может нам все-таки удастся", - прежде чем он успел вспомнить, схватить, задушить, потушить эту мысль, не потому, что он не мог на самом деле поверить что им может удаться, и не потому, что ты не смеешь до конца доверить целиком даже и самому себе заветную надежду или желание, да еще когда оно вот так висит на волоске - этим ты сам же и обречешь его, - но потому, что высказать его словами хотя бы самому себе - это все равно что чиркнуть спичкой, которая не разгонит мрака, а только осветит его ужас - слабая вспышка сверкнет и обнажит на секунду необратимое, непримиримое зияние пустынной дороги и темных пустынных полей.»

@темы: цитаты

18:38 

но жалок тот, кто смерти ждет, не смея умереть!©
«Многие партийцы отдыхают в обществе буржуа по той же причине, почему взрослые нуждаются в общении с розовощекими детьми.
Буржуа, конечно, невиннее пролетария, ближе к утробному миру, к младенцу, котенку, ангелу, херувиму. В России очень мало невинных буржуа, и это плохо влияет на пищеварение подлинных революционеров. Надо сохранить буржуазию в ее невинном облике, надо занять ее самодеятельными играми, баюкать на пульмановских рессорах, заворачивать в конверты белоснежного железнодорожного сна.»

@темы: цитаты

00:47 

но жалок тот, кто смерти ждет, не смея умереть!©
«Ей самой ничего больше не нужно, но слишком многое, но в с е в ней жаждет отдарить. — «Мне хотелось бы любить тебя маленькой» — точно то же говорит женщина: — Мне хотелось бы любить тебя маленьким. Еще тебя. Еще одну тебя. Тебя, порожденную мной. И, наконец, — тот безысходный, истошный, неодолимый вопль:—Ребенка от тебя!
То, чему никогда не бывать. То, чего даже не вымолить. Можно просить Богоматерь о ребенке от любовника, можно просить Богоматерь о ребенке от старика — о греховном, о чуде — но не просят о безумном. Соединение, из которого ребенок заведомо исключен. Состояние, когда ребенок невозможен. Немыслим. Все, кроме ребенка. Как на том обеде Великого Короля с дворянином: все, кроме хлеба.»

@темы: цитаты

18:25 

Поваренная книга Нянюшки Огг

но жалок тот, кто смерти ждет, не смея умереть!©
«Меня спрашивают - как правильно обращаться к герцогу? А я опять укажу, что все зависит от деталей. Так, например, коли надо подержать ворота и все идет к тому, что вам перепадет полдоллара, то - «Добрый день, Ваша Милость». Но ежели вы только что запалили его родовое имение, а толпа идет бить окна, то более подобающим будет обращение - «Эй ты, шелудивый пес!». Сами видите, вся тонкость в деталях .

Нам пришлось, хоть и весьма неохотно, перевести их на язык обычных терминов, ибо Нянюшка Огг широко использует очень специфическую единицу измерения, известную как «чуток» (напр. «Берешь чуток муки, чуток сахару»).Поэтому нам пришлось чуток… эээ… поэкспериментировать, поскольку эта мера, видите ли, чуток сложновата. Чуток муки явно больше, чем чуток соли, однако мы ни разу не встретили «пол-чутка», хотя иногда упоминается такая единица измерения, как «чуть-чуть» (напр. «чуть-чуть острого перца»). Интуитивно мы чувствуем, что чуток муки будет больше, чем чуть-чуть перца, но - вероятно - меньше, чем чуток сливочного масла, и что «шматочек» хлеба - вероятно - это один ломтик, но мы так и не подобрали достоверный вариант для определения «капелюшечки».

Как я сама думаю, люди признают, что подаваемые им закуски действительно приготовлены из рыбы шаробум только потому, что с них содрали 100 долларов. Будь это блюдо подешевле, его никто бы не ел.

Последнее предупреждение : мы слегка поправили рецепт, чтобы улучшить вкус блюда. Во всяком случае, оно вкуснее, чем оригинальное. Намного вкуснее, если подумать. Люди обычно подходят к оригинальному карри примерно с тем же философским настроением, как к дварфийскому хлебу - даже мимолетная мысль о нем способна заставить съесть все, что угодно, только не его.

Сам аркканцлер Чудакулли, как и большинство волшебников, очень любит всякие соусы; так что если вы относитесь к людям, которые, положив между двумя половинами булочки кусочек мяса, накрывают его сыром, маринованным огурцом, потом зеленым соусом, потом красным соусом, потом темной горчицей, не говоря уже о светлой, потом еще разных маринованностей, и так далее до тех пор, пока мясо незамеченным вывалится на пол, то у вас определенно есть магические наклонности. Волшебник никогда не упустит возможности облизать горлышко бутылки с соусом, пока его никто не видит.

Исходя из этого, он выдвинул гипотезу, что если выделить из кожи активный компонент и немного его модифицировать, то у Казначея могут возникнуть галлюцинации, что он в здравом рассудке. Каков полет фантазии, а? Кажется, идея работает и когда наш дорогой Казначей не забывает принимать пилюли, он вполне сходит за за вменяемого по университетским стандартам.
Примечание редакторов: мы убрали из рецепта все ингредиенты, имеющие отношения к лягушкам, потому что:
а) это слишком жестоко по отношению к ним
б) из- за вероятной эпидемии самоубийственной вменяемости среди читателей»

@темы: цитаты

18:40 

Стража! Стража!

но жалок тот, кто смерти ждет, не смея умереть!©
«Он находил массу изысканных и довольно-таки болезненных способов, чтоб ухватить своим недовольством максимально большое число окружающих его подчиненных.

Обнаруженная при беглом осмотре женская одежда показывала, что при ее выборе руководствовались разумным подходом, отдавая предпочтение носкости (и делали это, судя по всему, еще представители предыдущего поколения), а не возможностям ее использования в качестве легкой артиллерии на полях сексуальных битв. На туалетном столике аккуратными рядами выстроились бутылки и кувшины, но определенная суровость форм наводила на мысль, что этикетки гласят скорее что-то вроде «Втирать ежедневно перед сном», а не «Нанесите легким мазком за ушами». Легко можно было представить, что обитательница комнаты спит в этой кровати всю свою жизнь и что отец перестал называть ее «моя малышка», только когда «малышке» исполнилось сорок. За дверью висел большой, выбранный опять же с позиций разумности, голубой халат. Даже не глядя, Ваймс уже знал, что на кармане у него кролик.
Одним словом, эта комната принадлежала женщине, которая никогда бы не подумала, что внутреннее убранство ее покоев увидит мужчина.
Столик у кровати был завален бумагами. Испытывая смутное чувство вины, Ваймс прищурился, пытаясь получше разглядеть некоторые из них.
Речь везде шла о драконах. Здесь были письма из Комитета Выставок Пещерного Клуба, а также из Лиги Дружелюбных Огнеметателей. Здесь были памфлеты и обращения из Санатория Для Тяжело Больных Драконов «Солнечный Свет»: «Пламя бедного малыша Винни почти погасло после пятилетнего жестокого использования дракончика для сдирания краски, но теперь…» Далее следовали просьбы о пожертвованиях, убеждения и все такое прочее, чей целью было подействовать на сердце, способное испытывать жалость к этому миру, во всяком случае к той его части, которая обладает хвостами и дышит пламенем. Если вы позволите сознанию надолго задержаться в комнате вроде этой, то вскоре испытаете непонятную печаль и исполнитесь необычного, не направленного ни на что конкретно сострадания, которое приведет вас к убеждению, что неплохо было бы вообще стереть человеческий род с лица земли и вновь начать с амеб.

– Они дерутся как черти, – объяснила госпожа Овнец, пока капитан взбирался на сиденье. – Задача, понимаешь ли, в том, чтобы заставить противника взорваться.
– М-да, а я-то считал, что обычно побежденное животное валится на спину, демонстрируя покорность, и на этом все заканчивается, – задумчиво сказал Ваймс, когда карета тронулась и загромыхала вслед за быстро исчезающим из вида болотным драконом.
– С драконами такой номер не проходит, – усмехнулась госпожа Овнец. – Если какой-нибудь идиот вдруг сам валится на спину – отчего ж его не выпотрошить? Они так на это смотрят. Почти как люди.

– Там, внизу, – продолжал он, – живут люди, которые последуют за любым драконом, поклонятся любому богу, проигнорируют любое беззаконие. Из какой-то своей тоскливой, скучной, бытовой плохости. Я говорю не о творческой, высокой мерзости великих грешников, а о ширпотребе душевного мрака. О, так сказать, грехе, лишенном всякого намека на оригинальность. Они принимают зло не потому, что говорят «да», а потому, что не говорят «нет». Мне очень жаль, если это тебя обижает, – добавил он, положив руку на плечо капитану, – но на самом деле ты в нас нуждаешься.
– Неужели, сир? – спокойно ответствовал Ваймс.
– О да. Мы – единственные, кто знает, как заставить мир крутиться. Видишь ли, единственное, что хорошо получается у хороших людей, – это ниспровергать плохих. Нельзя не признать, в этом вы специалисты. Сегодня звонят во все колокола и сбрасывают с трона злого тирана, а назавтра кто-то уже сидит и жалуется, что теперь, после того как сбросили тирана, никто не выносит мусор. Потому что плохие люди умеют ПЛАНИРОВАТЬ. Это, можно сказать, неотъемлемое их свойство. У любого злого тирана есть план, как управлять миром. А хорошим людям, похоже, этим мастерством никогда не овладеть.
– Может быть. Но во всем остальном вы заблуждаетесь! – воскликнул Ваймс. – Это все из-за того, что люди боятся, и от одиночества…
Фраза повисла в воздухе. Даже для него самого это прозвучало как-то пусто. Наконец Ваймс пожал плечами.
– Они просто люди, – закончил он. – И поступают так, как свойственно простым людям, сир.

Вот как в этом мире приобретается власть, подумал он. Надо просто наплевать на мнение окружающих и никогда, никогда, никогда не сомневаться в правильности своих действий.»

@темы: цитаты

23:26 

броццкий

но жалок тот, кто смерти ждет, не смея умереть!©
« E.R.

Второе Рождество на берегу
незамерзающего Понта.
Звезда Царей над изгородью порта.
И не могу сказать, что не могу
жить без тебя - поскольку я живу.
Как видно из бумаги. Существую;
глотаю пиво, пачкаю листву и
топчу траву.

Теперь в кофейне, из которой мы,
как и пристало временно счастливым,
беззвучным были выброшены взрывом
в грядущее, под натиском зимы
бежав на Юг, я пальцами черчу
твое лицо на мраморе для бедных;
поодаль нимфы прыгают, на бедрах
задрав парчу.

Что, боги,— если бурое пятно
в окне символизирует вас, боги,—
стремились вы нам высказать в итоге?
Грядущее настало, и оно
переносимо; падает предмет,
скрипач выходит, музыка не длится,
и море все морщинистей, и лица.
А ветра нет.

Когда-нибудь оно, а не — увы —
мы, захлестнет решетку променада
и двинется под возгласы «не надо»,
вздымая гребни выше головы,
туда, где ты пила свое вино,
спала в саду, просушивала блузку,—
круша столы, грядущему моллюску
готовя дно.
»

@темы: цитаты

А что до средств, то ими я управлюсь

главная